Автор: Когда Иран предпринял попытку закрыть Ормузский пролив, он не стал физически перекрывать водный путь — например, полностью минируя его. Вместо этого он запретил судам и нефтяным танкерам, принадлежащим прибрежным государствам Персидского залива, а также судам из стран, которые он считает противниками, главным образом Соединенных Штатов и Израиля, проходить через пролив.
Свои танкеры Иран, естественно, тоже не стал блокировать, сохранив экспорт на мировые рынки на уровне около 1,5 млн баррелей в день.
Блокада, введенная президентом Трампом, полностью лишает Иран доступа к водному пути, прекращая его нефтяной и ненефтяной экспорт, как, впрочем, и импорт.
При экспорте около 1,5 млн баррелей в день Иран, по оценкам, дополнительно зарабатывал 60 млн долларов в день на повышении цен, но учетом того, что около 90% ее сырой нефти продается Китаю по сниженным ценам, чистая дополнительная прибыль, вероятно, приблизится к 45 миллионам долларов в день.
Эти цифры отражают увеличение доходов.
При предполагаемой средней цене в 100 долларов за баррель общий доход Ирана от продажи нефти составил бы примерно 150 миллионов долларов в день, или около 4,5 миллиардов долларов в месяц, что невозможно в условиях полной морской блокады.
Суда, которым Иран разрешил транзит, направлялись по маршрутам, расположенным ближе к береговой линии Ирана, в частности, между островами Кешм и Ларак, вместо традиционных каналов, проходящих между Абу-Мусой и островами Большой и Малый Томб.
Воспользовались это опцией единицы, хотя до конфликта Ормузский пролив ежедневно пересекали примерно 130-150 судов.
Сейчас ВМС США пытаются усилить блокаду к Востоку от Ормузского пролива, в Оманском заливе, за пределами досягаемости иранских ракет и беспилотников.
Такая тактика направлена на то, чтобы задушить сильно зависящую от нефти иранскую экономику и заставить Тегеран выполнить требования США вновь открыть Ормузский пролив для судов из портов союзников по Персидскому заливу и согласиться на полный запрет на обогащение урана.
Миад Малеки, бывший чиновник Министерства финансов США, ныне работающий в Фонде защиты демократий, заявил в эфире телеканала X, что морская блокада США обойдется Ирану примерно в 276 миллионов долларов в день в виде потери экспорта и сокращения импорта на 159 миллионов долларов в день, что в совокупности представляет экономический ущерб в размере 13 миллиардов долларов в месяц.
Тегеран настаивает, что по-прежнему сможет контролировать Ормузский пролив.
Несмотря на заявления Трампа о том, что другие страны помогут усилить американскую блокаду, ни одна из них не выступила с заявлением.
Премьер-министр Великобритании Кир Стармер был непреклонен в том, что его страна не поддерживает блокаду и что “мы не собираемся втягиваться в войну”.
Германия, Испания, Италия, Польша и Греция исключили возможность отправки военно-морских сил для поддержки блокады.
Президент Франции Эммануэль Макрон заявил, что Париж организует конференцию с Великобританией и другими странами для создания многонациональной миссии по восстановлению судоходства в Ормузском проливе, но дал понять, что это произойдет после окончания конфликта.
Урсула фон дер Ляйен, президент Европейской комиссии, заявила, что восстановление свободы судоходства в Ормузском проливе имеет “первостепенное” значение, но пока, со слов Трампа, после начала американской блокады через Ормуз прошли всего 34 судна.
